Молитва богу отче наш

Служите Богу со страхом и разумением Об искушениях в жизни пастыря. Самые распространенные толкования этого термина таковы: «соблазн» и «испытание». Когда в молитве «Отче наш» мы просим Отца Небесного не вводить нас «во искушение», то мы просим не допустить нам искуситься паче меры, то есть избавить нас от соблазнов, превосходящих меру нашей духовной силы и опытности. Но что касается «испытания», то здесь многое поясняет однокоренное со словом «искушение» слово «искусство». Пастырь непременно должен быть искусен, чтобы не быть слепым вожаком слепых. То есть должен быть искушен, испытан. Он, как бы ни было слово строгим, бесполезен.

Подробней в видео:

И лишь сосуд, прошедший огонь, будет служить человеку верно. Образ вполне оправдывается в отношении служителей Бога Живого. Отделим, во-первых, страх животный от страха Божия. В духовной жизни есть место заменам. Служение священника есть нечто подобное служению Ангельскому. Так, в чине Великого освящения воды говорится о Боге, что Его престол облетают «многоочитые херувимы и шестокрылатые серафимы», покрываемые «страхом неприступной Его славы». Страшными» именуются Святые Тайны во всех Литургических чинах. И, следовательно, священнику нельзя служить Богу без страха и быть бесчувственным. Они воспитываются личным усилием и требуют труда.

Лучшим способом научиться ходить перед Богом и иметь Божий страх можно считать духовную близость к тем, у кого этот страх есть. Старшие служители алтаря, духовники и старцы, истинные праведники обоих полов без деления на клир и мирян должны восприниматься как живые книги. В разряд особых грехов для пастыря следует отнести празднословие, сквернословие и вообще всякий грех уст. Следовательно, и всякое осквернение словесного источника клеветой, ложью, сплетнями, празднословием и проч. Но если этого всего не будет, то что?

Чем наполняется святое место, опустевшее по нерадению? Священник, лишенный благоговения, будет тяготиться службой. Он рискует стать раздражительным и срываться на служителей храма и послушников по мелочам. Паства не сможет этого не почувствовать. Божий, который, воцарившись в душе, сделает ее мужественной и верной. Господа же Бога нашего, Того освятим, и Той будет нам в страх».

Страх Божий не мешал Давиду быть смелым. Напротив, страх Божий был источником его храбрости, кротости, чрезвычайного и постоянного доверия Богу и прочих добродетелей. Это и сделало его живым пророческим образом Того доброго Пастыря, Который положил душу за овец. Это же должно вдохновлять и новозаветное духовенство воспитывать в собственных душах Божий страх. Вслед за ним придет в душу и все вообще доброе. Это и есть тот огонь, в образе которого сошел на апостолов Дух Святой, чтобы вначале согреть, а затем и воспламенить охладевшее и отсыревшее во грехе естество человеческое. Образом непримиримой борьбы с отступлениями от правды Божией выступает пророк Илия, также названный Ревнителем.

Бога дары и спасти вверенные ему души. Человек словно решает сжечь весь запас дров за малое зимнее время, а потом обрекает себя на замерзание. Лучшим способом, как всегда, будет пребывание близ наставника мудрого и опытного. Но это великое счастье бывает временами и великой редкостью. Одним из таких путей может стать хорошая начитанность в области церковной истории. История Церкви ведь тяжела и драматична. Это не приятный рассказ о непрестанных победах. Это скорее судовой журнал корабля, терпящего бедствие.

Она часто словно висит на нитке, и висит над пропастью. Близкое и сострадательное знакомство с историей Церкви открывает вдумчивому человеку глаза. Он узнает о таких проблемах и бедах в Церкви, по сравнению с которыми современные беды блекнут и отходят на второй план. Вот еще один срез жизни, связанный по теме с ревностью не по разуму. Горячность более свойственна юности, нежели зрелости и тем более старости. Вот почему существуют возрастные рамки, ограничивающие попадание в клир.

Расширение или сужение этих рамок часто вынуждается исторической ситуацией, будь то острый дефицит духовенства или яркие таланты отдельных соискателей священного сана. Молодой человек, еще не родивший и не воспитавший своих собственных детей, с трудом может быть учителем жизни для тех, кто уже дожил до внуков. Многие вопросы жизни ему просто не известны по опыту. Юноше, облеченному саном, куда тяжелее смотреть на молодых сестер со «всякою чистотою», как говорит апостол, нежели более старшему собрату и сослужителю. Посещая и утешая больных, важно и самому иметь опыт терпеливого перенесения болезней. Хорошим подспорьем для правильного пастырства может быть правильный опыт жизни в семье. Стоит повторить эти слова как общую характеристику современности: простое и естественное становится редкостью.

Семьи неполны, вместо папы может быть отчим, братьев и сестер часто нет, дедушки и бабушки могут быть в доме престарелых. Ригоризм, безрассудная ревность внутренне связаны с осуждением. Именно грех осуждения, уверенность в своей абсолютной правоте тайно дают силу и энергию Савонаролам всех мастей. А борьба с грехом осуждения автоматически успокаивает человека в части нетерпимости к чужим слабостям. Понимание власти как таковой у нашего современника зачастую несправедливо заужено только до понятий о государственной, политической власти. Между тем власть есть всюду, где есть влияние одного человека на жизнь других. Есть власть в семье, есть власть писателя над душами читателей будущих поколений.

Есть власть художника или артиста над зрителем. Ты должен так сделать, потому что я сказал. Насколько благоуханнее звучит: «Я не знаю. Нужно, чтобы Бог вразумил меня и вас, вразумил и наставил». Догмат о непогрешимости совершенно чужд православному сознанию. Власть священника не больше власти врача. В обоих случаях необходимо желание больного вылечиться и его согласие на те или иные процедуры. Власть священника также сродни власти преподавателя. Таким же должен быть и священник.

Нужно с осторожностью относиться к тем, кто появляется из ниоткуда и начинает говорить громче всех. Как только проповедь становится похожей на речь с броневика, стоит задуматься: что это за человек, и почему он так говорит? О том, что делать мирянам, когда примеры цинизма, лжи, лукавства они видят от тех, кто поставлен проповедовать Истину. Что есть священство, пастырство, духовничество, в чем смысл и отличие этих понятий? Можно ли переходить от одного духовного наставника к другому? Что такое младостарчество, отчего оно возникло, является ли для Церкви проблемой?

На эти и другие вопросы мы попросили ответить протоиерея Вадима Леонова. Статья для всех и священников и мирян и монашествующих! Вообще с удовольствием слушаю проповеди отца Андрея,по возможности. Статья показывает,что священники тоже люди и им также сложно и приходится бороться с различными страстями. Нам прихожанам тяжело бороться,а им ещё сложнее! Спасибо всем священнослужителям за их труды! То есть должен быть искушен, испытан». Статья очень хорошая, вразумительна для всех, очень понравилась.

Где есть влияние одного молитва богу отче наш на жизнь других.