Молитва о том чтобы быть с любимым

Я приехала в Калугу вечерней электричкой и опоздала на последний автобус в Оптину. Позвонила духовнику, и он помог: через полчаса к автовокзалу подъехали его чада, муж с женой, у которых я и заночевала. Встречали меня, совершенно незнакомого человека, как дорогого гостя. После первой встречи мы продолжали общаться, они приезжали ко мне домой. За время нашего знакомства я узнала эту семью близко, узнала об их непростой и очень интересной жизни. Они разрешили мне записать свои истории, изменив имена. Екатерина родилась в селе Татаюрте в Дагестане, у неё есть сестра-близнец Надежда и младшая сестра Людмила.

молитва о том чтобы быть с любимым

Подробней в видео:

Мама у них русская, её деды и прадеды когда-то жили в станице Александрийской. Это была одна из чисто русских станиц у Каспийского моря, где веками жили терские казаки. Прадедушка, станичный атаман, владел конным и рыболовным заводами, мельницей. Бабушка Екатерины, Лидия, была старшей дочерью в семье. Для всех дочерей готовилось приданое, каждая носила серьги с бриллиантами и хранила шкатулочку с драгоценностями. Когда началась гражданская война, красноармейцы утопили богатых станичников на корабле. Среди них были и прадедушка с прабабушкой. Бабушка Лидия, которой в то время исполнилось двенадцать лет, спрятала семейные драгоценности. Их так и не нашли, но всё, что смогли, забрали.

Младшая сестрёнка бабушки, двухлетняя Даша, играла в песочке. В ушах ребёнка поблёскивали бриллиантовые серьги. Бабушка, а почему у тебя ушки порваны?

Молитва о том чтобы быть с любимым

А не рассказывала ли тебе твоя бабушка, где спрятаны сокровища вашей семьи? У папы в родне были кумыки и ногайцы. Водитель по профессии, отец, видимо, и в других городах имел «жён», тем более что местные законы, сурово хранящие целомудрие женщин, к мужчинам относятся снисходительно и негласно разрешают многожёнство. В то время русские женщины в Дагестане вели себя по местным обычаям: носили платок и одежду с длинными рукавами, опускали голову, если навстречу шёл мужчина. В Татаюрте, где было много русских, женщины могли выходить на работу, в магазин без мужского сопровождения, а в горах женщина одна не выходила даже за калитку. Поездки к деду в горный аул девочки запомнили на всю жизнь и даже научились от него языку.

В памяти осталось традиционное горское гостеприимство. В горах путник подвергался опасности замёрзнуть, даже погибнуть, но он знал: если доберётся до ближайшего жилья, его встретят как дорогого гостя. В горских домах даже держали специальные шубы для гостей, чтобы те могли согреться с дороги. Кати в классе были русские, кумыки, ногайцы, чеченцы, немцы. Сготовит мама хинкал и угощает всех. И их тоже все соседи угощают. Много лет спустя, когда переехали в Россию, мама на следующий после переезда день так же приготовила хинкал и постучала в дверь соседям.

И ничего нам больше не носите! Здесь не принято угощать незнакомых людей! Когда близнецам было три года, Надя тяжело заболела. Положили ребёнка в больницу, а там у неё после укола начался абсцесс. Отправили Надю с мамой в районный центр, в Хасавюрт. Но и там девочке не стало лучше, она уже отказывалась от еды. Она у вас всё равно умрёт, везите уж домой. Зачем вы нам будете показатели портить?

И мама, завернув ребёнка в одеяльце, понесла легкую, ставшую невесомой дочку на автобус. Тебе что важнее: жизнь ребёнка или гнев мужа? И мама понесла умирающую Надю в православный храм, единственный в Хасавюрте. Священник сразу же понял, что жизнь в девочке еле теплится, и тут же окрестил её. Сели они в автобус, едут домой, а у мамы слёзы текут ручьём, она ничего от слёз не видит, одна дума: доченька умирает. Вдруг ребёнок начал в одеяле трепыхаться.

Схватилась за котомку, а там яйца пасхальные. Очистила дрожащими руками яйцо, положила кусочек в ротик дочурке, та пожевала, проглотила. Катя и Надя росли, учились в школе. Помогали маме по хозяйству: у них был огород, куры, бараны. Папа не пил, не курил, но был очень злой, крутого нрава. Сёстры так боялись отца, что маленькими, в отсутствие мамы, заслышав его шаги, прятались под кровать.

Мама никогда не спорила с папой, поперёк слова не говорила. Терпела, потому что по местным обычаям, если муж бросает жену с детьми, она считается виноватой и к её дочерям никто не придёт свататься. А если и посватаются, то те, за кого никто замуж не идёт, либо разведённые. Мама осмелилась расстаться с отцом, только когда дочери выросли, получили образование и уехали из дома. А на потрескавшейся от жары глине, как испарина, выступает соль. На ней почти ничего не растёт, только верблюжья колючка и кустарник перекати-поле. Летом он зелёный, а осенью отрывается под корень и катится по земле шариком невесомым.

В самом селе, где огороды поливали из канала Дзержинки, росло всё: черешня, яблони, вишни, персики, дичка-абрикос, виноград. После купания бежали к трубе, из неё текла вода артезианская, и смывали с себя грязь. В школе на уроках труда точили мотыги и лопаты и шли на приусадебный участок рядом с каналом. После работы купались тут же, в канале. И обе представили в этот страшный момент одну картину: вот они утонули, и стоят два гробика, и мама рыдает. А одноклассники думают: играют сестрёнки, дурачатся.