Молитва покровской божьей матери

Родился он спустя 15 лет после революции именно в день ее начала. А день имянаречения, который по православной традиции приходится на восьмой день после появления на свет, для него совпал с празднованием Державной иконы Матери Божией. Сегодня, на память 40 Севастийских мучеников, у батюшки Илия тезоименитство. Еще до революции в родном ему селе Становой Колодезь, что на Орловской земле, его дед Иван был старостой Покровской церкви, построенной на личные средства местных крестьян и действующей более века. Однако к моменту рождения внука в семье сына Афанасия и его супруги Клавдии в этом храме службы совершались разве что тайно, а то и вовсе где-то по домам.

молитва покровской божьей матери

Подробней в видео:

Оттого новорожденного и крестили в соседнем селе Яковлево в храме Казанской иконы Матери Божией. Так чудом Божиим практически без отрыва от текущих сельхозработ тракториста-комбайнера храм и поднялся. Возродили по благословению батюшки Илия Покровский храм и в его родном селе Становой Колодезь. А в детские годы Батюшки, когда ему еще предстояло сесть за парту, закрытый храм в школу переоборудовали. Раньше крестьянские дети в церкви грамоту по Псалтири и постигали. Да вот только при советской власти вход прорубили прямо через алтарь, а ступени выложили из надгробий, сровняв с землей кладбище, что было окрест. Детвора, конечно, об этом ничего не знала. Обучали детей в соответствии с предписаниями советской пропаганды. Много пакостей говорилось о царской семье.

Молитва покровской божьей матери

Но Рождество и Пасху в селе все равно праздновали, несмотря ни на какие запреты. Разве что глубинный смысл этих торжеств в отрыве от богослужений все больше для односельчан выхолащивался. Алеше повезло: у него очень верующей была тетя, живущая в Москве. С ним-то они и исходили все открытые еще в родных краях храмы, ездили в действующие церкви Орла. Как подрос, тетя привозила Алексею уже редкую тогда духовную литературу, наставляла в церковнославянской грамоте. 1958 годах, в машиностроительном техникуме в Серпухове и оказавшись по распределению на строящемся хлопчатобумажном комбинате в городе Камышин нынешней Волгоградской области, юный Алексей первым делом поинтересуется: «А где здесь храм? В годы Великой Отечественной войны в Камышине пусть и единственный, но все же открыли в 1944 году Никольский храм. Как же промыслительно, что этого молодого специалиста распределили именно сюда. Славы III степени, воевавшего на 3-м Белорусском фронте и в Восточной Пруссии.

У меня на груди был крест. Это те, кто силой Божией выиграли страшную войну. Пусть они и встретились в области, тогда по названию, присвоенному областному центру, прославляющей генералиссимуса: Сталинградская. Кстати, прежде, с 1589 по 1925 год, этот город славил Царицу Небесную и назывался Царицын. Настоятелем их Никольского храма был отсидевший 10 лет в сталинских лагерях протоиерей Иоанн Потапов, так что им всем вместе было что повспоминать и о чем поговорить. В ответ на его истории о чудесном спасении во время войны Алексей одному из первых рассказал духовнику, свидетелем и участником чего он вмешательством Божиим сам оказался в годы войны. Под гогот сослуживцев этого вояку вырвало, дверца захлопнулась и машина газанула. Взрослых дома никого, кроме бабушки, не было: отец на фронте, мать работает от зари до зари. Батюшка даже запомнил, как его звали: Андрей.

Его немцы поставили ухаживать за лошадьми, а их определили в сарай Ноздриных. Быстро сообразив, что нашел мальчуган, тут же скомандовал бросить планшет в печку, а бумаги спрятал за пазухой и исчез. А вот фюреру передавать о потере, судя по дальнейшему развитию событий, не рискнули, иначе расправившихся с подчиненным ждал тот же самый конец. Впрочем, эта история не добавила бдительности фашистам, вконец распоясавшимся на уже навсегда, как им тогда казалось, оккупированной территории. У одного из них Андрей стащил форму и, бежав, стал пробираться к линии фронта. Там его чуть не подстрелили, приняв за противника, но он как-то убедил своих, что имеет важное донесение. Справедливости ради надо отметить, что в его распоряжении уже были три наводки от разведчиков да от пленных немецких саперов, но подоспевшие карты оказались решающим аргументом. 5 августа 1943 года Орел был освобожден, и в Москве по этому поводу дали первый за всю войну салют. России, устроить здесь, в Орле, свою ставку.

Но Промыслом Божиим его планам не попущено было сбыться. Освобождение Орла стало ключевым этапом битвы на Курской дуге, определившей перелом всей Великой Отечественной войны. О подлинной сущности этой Победы свидетельствует не одна история из жизни схиархимандрита Илия, который тогда был подростком, не утратившим в провозгласившей госатеизм стране жажду молитвы и память о Боге. Сирию на выполнение ответственной боевой задачи. Знакомый предложил по пути в аэропорт завернуть в Переделкино, где уже несколько лет переведенный поближе к Святейшему из Оптиной пустыни принимает народ схиархимандрит Илий. Так первая в жизни встреча со старцем и состоялась. Сколько ни думаешь о сущности войн и катастроф, она, конечно, кроется в области духовной. Но с другой стороны, и право отмаливать, спасать неотъемлемо от посвятивших себя всецело Богу. Санкт-Петербургской семинарии, а потом и академии.

С какой же твердостью он уже тогда в относительно юные годы отстаивал веру даже в самый разгул хрущевских гонений! В школе он все-таки больше молчал. Но эта пламенность и ревность о Боге и Церкви у него уже с молодых лет. Этот же архипастырь рукоположит его в иеродиакона и вскоре в иеромонаха. Так начнется духовническое служение сначала на приходах нынешней Санкт-Петербургской митрополии. Как ни пытаешься что-то выпытать такое да эдакое у батюшки Илия про Афон, он по-детски улыбается и рассказывает замечательно наипростейшие истории.

Сам-то отец Иеремия отправки на Афон ждал целых 14 лет, и Батюшка начинает рассказывать, каким застал его, приехав на Святую гору спустя всего лишь полтора года. Вообще охотнее говорит о других, чем о себе. Отец Иеремия на полтора года раньше меня приехал на Афон. Сокрушался, что только к 60 годам выбраться туда удалось. То дрова пилил, то штукатурил, то ездил за продуктами в Салоники. Это потом уже стало побольше братии в монастыре, а раньше-то мы как жили? Мы только через сутки их подберем. А платили и то через месяц, наверное.

Нас было человек 10, даже меньше. А потом отец Иеремия на всех закупался, возил продукты. Да, конечно, всё было уже обветшавшее. После революции из советской России на Афон никого не пускали, да и греки препятствия чинили, упадок обители означал передачу русского монастыря им. К тому же два пожара случилось. Лес горел около гостиницы еще раньше. Мы наших предшественников, можно сказать, и не застали. Из прежних там только карпатороссы были. Хотя они не намного раньше нас приехали.