Молитвы вечерние на церковнославянском

Во и́мя Отцá, и Сы́на, и Святáго Ду́ха. Слáва Тебé, Бóже наш, слáва Тебé. Читается трижды, с крестным знамением и поясным поклоном. Слáва Отцу́ и Сы́ну и Святóму Ду́ху, и ны́не и при́сно и во вéки векóв. Святы́й, посети́ и исцели́ нéмощи нáша, и́мене Твоегó рáди.

молитвы вечерние на церковнославянском

Подробней в видео:

Да святи́тся и́мя Твоé, да прии́дет Цáрствие Твоé, да бу́дет вóля Твоя́, я́ко на небеси́ и на земли́. Слава: От одрá и сна воздви́гл мя еси́, Гóсподи, ум мой просвети́ и сéрдце, и устнé мои́ отвéрзи, во éже пéти Тя, Святáя Трóице: Свят, Свят, Свят еси́, Бóже, Богорóдицею поми́луй нас. И ныне: Внезáпно Судия́ прии́дет, и коегóждо дея́ния обнажáтся, но стрáхом зовéм в полу́нощи: Свят, Свят, Свят еси́, Бóже, Богорóдицею поми́луй нас. От Вознесения до Троицы начинаем молитвы со Святы́й Бóже, опуская Слáва Тебé, Бóже наш, слáва Тебé и Царю́ Небéсный́. Это замечание относится и к молитвам на сон грядущим. Когда написано Слáва:, И ны́не:, надо читать полностью: Слáва Отцу́ и Сы́ну и Свято́му Ду́ху, И ны́не и при́сно и во вéки векóв.

В церковнославянском языке нет звука ё, а поэтому надо читать зовéм, а не зовём, твоé, а не твоё, моé, а не моё, и т. Прииди́те, поклони́мся и припадéм Христу́, Царéви нáшему Бóгу. Прииди́те, поклони́мся и припадéм Самому́ Христу́, Царéви и Бóгу нáшему. Твоя́, да неосуждéнно отвéрзу устá моя́ недостóйная и восхвалю́ и́мя Твоé святóе, Отцá и Сы́на и Святáго Ду́ха, ны́не и при́сно и во вéки векóв. Ступáти прáво мя настáви, путéм Христóвых зáповедей. Бдéти к пéсни укрепи́, уны́ния сон отгоня́ющи.

Молитвы вечерние на церковнославянском

Свя́зана плени́цами грехопадéний, мольбáми Твои́ми разреши́, Богоневéсто. Ты в женáх и благословéн плод чрéва Твоегó, я́ко Спáса родилá еси́ душ нáших. Честнéйшую Херуви́м и славнéйшую без сравнéния Серафи́м, без истлéния Бóга Слóва рóждшую, су́щую Богорóдицу Тя величáем. Гóсподи Иису́се Христé, Сы́не Бóжий, моли́тв рáди Пречи́стыя Твоея́ Мáтере, преподóбных и богонóсных отéц нáших и всех святы́х поми́луй нас. В дни двунадесятых праздников до их отдания вместо этой молитвы читаются особые задостойники. В свое время я входил в Церковь, как входит в ножны заржавевший клинок. Со скрежетом, сопротивлением внешним и внутренним, болью от разрывающихся связей и ломающихся стереотипов. Первое время я молился своими словами.

Потом вдруг почувствовал, что мне их не хватает, чтобы выразить перед Богом состояние своего сердца. Я купил молитвослов и начал молиться понемногу, как младенец, который учится ходить. Я брал из утреннего и вечернего правила самые короткие молитвы и читал их по две-три. Через несколько недель менял их на другие. Но постепенно мои несмелые и неуклюжие шажки становились увереннее, я все больше окунался в мир молитвы. Первым настоящим потрясением для меня стало открытие покаянного канона «Воду прошед, яко сушу». Молитва изменяла меня и все вокруг меня.

Как от этих слов веет миром и постоянством, спокойствием и кротостью! Сколько трудов было положено в период студенчества, чтобы хоть как-то молиться! Где только не приходилось молиться в общежитии! На кухне, на балконе, в лесу, в комнате самоподготовки, под лестницей. Молитва в транспорте вообще стала обычным делом. Все это совершалось по необходимости, за неимением других возможностей. В многодетной семье уединенная молитва — все тот же удел ночи. Нужно дождаться, когда все уже спят или пока еще спят. Тогда никто не мешает своими криками и беготней, молчит телефон, и никакие дела не отвлекают.

Бывает, слышишь от прихожан, что, мол, ежедневное правило им наскучило, что сердце не отзывается на слова молитвы. При этом обычно просят разрешения заменить вечерние и утренние молитвы чтением Псалтири или еще чем-нибудь. Я, как и все, бываю временами чрезмерно занят, холоден, уныл, когда молитва воспринимается как тяжкая повинность. Тогда слова молитвы сжимаются до правила преподобного Серафима Саровского, и я добровольно ставлю себя в строй с неграмотными и больными, для кого в первую очередь преподобный Серафим это правило и преподал. Почему иногда нам столь тягостно бывает правило? Временами молиться легко и приятно, словно сам ангел хранитель подвигает нас на молитву, а временами представляется она нам тяжелейшим делом.

Отчего так происходит, и у всех ли бывает такое омрачение? Преподобный Макарий Великий так говорит об этом: «Изменения в каждом бывают, как в воздухе». Итак, в каждом из нас случаются изменения. Причины этого бывают разными, а порой даже и не поймешь, что за причина. В основном это леность, праздность, нерадение, невнимательность. После дня, проведенного без единой мысли о Боге, встать на молитву — подвиг. Если добавить к этому еще усталость, накопленную за трудовой день, то подвиг становится пугающим. В чем же главная ошибка молящегося?

В том, что мы ожидаем «молитвенного настроения». Ждем, когда нам будет охота молиться. И в самом деле: из всех духовных действий самое трудное — это молитва и активное воздержание, причем второе невозможно без первого. Часто мы произносим молитву, но она становится пустоцветом и не приносит плода из-за ошибок в молитвенной практике. Нельзя сразу встать от светского фильма, какого-либо развлечения или суетного дела и начать молитву, как в заросли тростника врубаться с мачете. Нужно «остыть» от кипения дневных страстей. Хоть пять минут посидеть и вспомнить о своих грехах в прошедший день и воздохнуть из глубины души. Вообще нужно помнить, что есть величайшая цель всех духовных упражнений — соединение с Богом в Духе, а есть частные цели, которые приводят к главной.

Покаяние рождает молитву и в сугубом количестве рождается от дщери своей». Подготовка к молитве должна быть еще и физической. То есть перед началом молитв согрей сердце поклонами. Человек устроен таким образом, что тело неразрывно связано с умом и сердцем. Когда ум начинает парить или сильно увлечен чем-либо, тело словно оцепеневает. Итак, первая ошибка — молитва без соответствующей подготовки. Вторая распространенная ошибка — поиск в молитве «высоких» состояний сердца. Мы знаем из духовной литературы, что подвижники переживали в молитве неземные состояния, и порой подсознательно стремимся к ним. А потом, не получая их, остываем к молитве.

молитвы вечерние на церковнославянском